Все статьи номера
1
Январь 2019года
Главная тема

Адвокат добился прекращения дела о получении взятки. Как доказать полицейскую провокацию

Подготовлено редакцией
 
В ЭТОЙ СТАТЬЕ:
 
  • Какие сведения, полученные адвокатом, указали на явную провокацию взятки
  • Как защита убедила суд в необходимости изменить меру пресечения с содержания под стражей на залог

Адвокатское расследование возможно и эффективно. Этот вывод можно сделать после изучения уголовного дела в отношении московского сотрудника полиции, командира роты патрульно-постовой службы Сергея Алексеева1. Полицейский обвинялся в получении взятки, был арестован и год провел под стражей. Однако в итоге его защитнику удалось доказать провокацию преступления и добиться прекращения уголовного дела.

Предприниматель и полицейские

События по делу имели место в 2015 году в Южном административном округе г. Москвы. На территории, которую обслуживало ОМВД по району Царицыно, занимался торговлей некий Мухтар Бекиров, уроженец Киргизии. По версии следствия по делу Алексеева, Бекиров вел торговлю с нарушениями, вне специально оборудованных для этого помещений. Он попал в поле зрения полицейских. Заместитель командира роты ППСП Дмитрий Молешников выявил факт несанкционированной торговли и намеревался привлечь Бекирова к ответственности по ст. 11.13 Кодекса г. Москвы об административных правонарушениях. Эта норма предусматривает ответственность за торговлю, оказание услуг вне специально отведенных для этого мест. Штраф за такой проступок варьируется от 2,5 до 5 тыс руб. для граждан и от 50 до 200 тыс. руб. для организаций. То же повторное деяние, а равно как и незаконная торговля в метро и его переходах, карается штрафом до 500 тыс. руб. Как установили полицейские, в 2014–2015 годах Бекиров неоднократно привлекался к административной ответственности по ст. 14.1 КоАП за ведение предпринимательской деятельности без госрегистрации или специального разрешения (лицензии).

Далее события по версии следствия и защиты выглядели, разумеется, по-разному. Обвинение утверждало, что Молешников сам предложил Бекирову откупиться от возможного большого штрафа. Они договорились о том, что предприниматель передаст полицейскому 11 тыс. руб. Бекиров обратился в отдел собственной безопасности полиции, сотрудники которого начали разрабатывать Молешникова. Они прослушивали телефонные переговоры Молешникова и Бекирова.

Для получения взятки Молешников привлек своего непосредственного командира Сергея Алексеева. В конце августа 2015 года Алексеев по телефону сообщил Бекирову, что деньги за непривлечение к ответственности он должен передать ему. 28 августа после 16.00 Бекиров передал Алексееву деньги в машине последнего, припаркованной рядом с ОМВД. В тот же момент Алексеева задержали оперативники ОСБ. На следующий день следователь возбудил уголовное дело по эпизоду получения взятки, а еще через два дня задержали Молешникова и возбудили дело в отношении него. Молешникову предъявили обвинение в пособничестве в получении взятки (ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 290 УК), а Алексееву — в получении взятки должностным лицом (ч. 3 ст. 290 УК). Обоим фигурантам дела суд избрал меру пресечения в виде заключения под стражу, их уголовные дела следствие объединило.

Доказательства, которые собрало следствие, были стандартным набором для такого рода дел. Это показания Бекирова и производные от оперативно-розыскных мероприятий. Диск с записями разговоров Бекирова с Молешниковым, диски с записями ПТП Молешникова и Алексеева, помеченные денежные купюры и смывы с рук Алексеева и т. д. Но расследование затянулось, поскольку обвиняемые не признавали вину. В дальнейшем их действия были квалифицированы по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК — получение взятки группой лиц по предварительному сговору.

Действия и позиция защиты

Действия защитника по этому делу, безусловно, можно назвать примером блестящей работы адвоката. Только благодаря ему защите удалось добиться победы не только по делу Алексеева и Молешникова, но и по другим делам, а также вскрыть схему системных провокаций, которой пользовались сотрудники собственной безопасности полиции.

Адвокат Алексеева Евгений Харламов вступил в дело спустя более шести месяцев после возбуждения дела и начала содержания своего подзащитного в СИЗО. По его словам, даже на данном этапе тот ограниченный объем материалов дела, с которым он мог ознакомиться, дал ему основания полагать, что имела место провокация взятки и некий отработанный механизм фабрикации уголовных дел. Адвокат убедился в этом, когда начал проверять личность главного свидетеля по делу — взяткодателя предпринимателя Мухтара Бекирова.

Из материалов дела следовало, что Бекиров впервые участвует в подобных оперативно-розыскных мероприятиях, проводимых сотрудниками ОСБ УВД по ЮАО ГУ МВД по г. Москве. Однако адвокат получил документы о том, что Бекиров буквально за один месяц участвовал в проведении еще не менее двух оперативных «экспериментов», а всего за год — не менее чем в четырех, проведенных теми же сотрудниками ОСБ в отношении сотрудников полиции УВД по ЮАО ГУ МВД России по г. Москве. Так, в сентябре 2014 года Симоновский районный суд г. Москвы осудил замначальника одного из районных ОМВД за то, что он получил от Бекирова взятку в размере 36 тыс. руб. В начале августа тот же Бекиров передал в качестве взятки 6 тыс. руб. врио инспектора отдела охраны общественного порядка УВД по ЮАО. Но самое главное, что 28.08.2015 за четыре часа (!) до встречи в машине и передачи 11 тыс. руб. Алексееву Бекиров участвовал в проведении ОРМ в отношении сотрудника полиции Ивана Буланова.

Адвокат обратил внимание на то, что во всех этих уголовных делах процедура передачи денег была идентичной. Каждый раз Бекиров передавал деньги в портмоне из-под своего водительского удостоверения.

Первый прокол обвинения

Беда для обвинения пришла из Мосгорсуда. В январе 2016 года Нагатинский районный суд вынес обвинительный приговор в отношении Ивана Буланова. Но усилиями защитника по делу Буланова, который тоже был осведомлен о деле Сергея Алексеева и Дмитрия Молешникова, Мосгорсуд отменил приговор Буланову, вернул его дело прокурору в порядке ст. 237 УПК и освободил Буланова из-под стражи. В обоснование своего решения апелляция положила данные о неуемной жажде Бекирова помогать в выявлении взяточников среди полицейских, его многочисленных участиях в ОРМ, о чем следствие даже не допросило Бекирова. Более того, судьи апелляции вынесли частное определение в отношении следователя и руководителя (на тот момент) Нагатинского межрайонного следственного отдела СУ по ЮАО ГСУ СК РФ.

ИЗ ЧАСТНОГО ОПРЕДЕЛЕНИЯ. «<…> В апелляционном порядке Московским городским судом было рассмотрено уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Буланова и его защитника на приговор Нагатинского районного суда г. Москвы от <…>. По результатам рассмотрения уголовного дела приговор суда в отношении Буланова отменен, и уголовное дело в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращено Нагатинскому межрайонному прокурору г. Москвы для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Судебной коллегией установлено, что <…> согласно предъявленному Буланову обвинению и приговору суда он, являясь командиром роты ППСП <…> 28 августа 2015 года в 21 час 10 минут получил от Бекирова взятку в размере 15 000 рублей.
<…> Расследование уголовных дел в отношении Буланова, Алексеева и Молешникова осуществлялось и осуществляется следователями Нагатинского межрайонного следственного отдела следственного управления по Южному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по г. Москве. <…> при проведении предварительного следствия в отношении Буланова следователь Х.О.В. не допрашивал Бекирова по обстоятельствам его участия в других оперативно-розыскных мероприятиях, не отразил и не оценил данные факты в обвинительном заключении.
Допросить свидетеля Бекирова в судах первой и апелляционной инстанций не представилось возможным.
Позиция защиты о том, что в отношении Буланова была совершена провокация преступления, с учетом неоднократного участия Бекирова в других аналогичных оперативно-розыскных мероприятиях в течение короткого промежутка времени, в данном случае в течение одних суток Бекиров передал взятку Буланову и Алексееву, должна была проверяться в рамках досудебного производства по уголовному делу, так как данные сведения непосредственно влияют на установление обстоятельств, имеющих значение для рассматриваемого уголовного дела.
Вместе с тем следователи и руководитель следственного отдела, в силу служебного положения обладая информацией об участии Бекирова в других оперативно-розыскных мероприятиях, в нарушение основных принципов уголовного судопроизводства не приняли соответствующих мер для установления обстоятельств, имеющих значение для рассматриваемого дела, что привело к отмене приговора и возвращению уголовного дела прокурору и, как следствие неизбежно ведет к нарушению разумных сроков уголовного судопроизводства.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что следователь <…> Х.О.В. и руководитель данного следственного отдела Ч.В.В. проявили поверхностное и недобросовестное отношение к исполнению своих профессиональных обязанностей при расследовании уголовного дела и составлении обвинительного заключения в отношении Буланова. <…>
<…> В связи с изложенным судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда обращает внимание руководителя Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по г. Москве <…> на допущенные следователем Х.О.В. и руководителем Ч.В.В при расследовании уголовного дела и составлении обвинительного заключения нарушения требований уголовно-процессуального закона с целью недопущения подобных нарушений в дальнейшем <…>»

Изменение меры пресечения

После того как Мосгорсуд вернул прокурору дело в отношении Буланова, стало рушиться и дело Сергея Алексеева. Плохие новости для обвинения вновь пришли из столичного суда. На следующий же день после возврата дела Буланова прокурору Мосгорсуд отказался продлевать меру пресечения в виде заключения под стражу Алексееву. К тому моменту Алексеев провел в СИЗО уже год. В своем ходатайстве о продлении содержания под стражей Алексеева следователь просил продлить ее еще на пять месяцев. При этом он сослался на то, что ему было необходимо получить заключения комплексных психолого-лингвистических судебных экспертиз, назначить и провести комплексную фоноскопическую судебную экспертизу и выполнить иные следственные действия. Кроме того, следователь сослался «на исключительность данного случая, которая связана с особой сложностью и объемом уголовного дела», а также на то, что Алексеев «являлся сотрудником полиции <…> и в силу занимаемой должности имеет широкий круг связей в сфере правоохранительных органов».

Защита возражала против продления и указала на волокиту, наличие у Алексеева малолетнего ребенка и неработающей супруги.

В определении от 25.08.2016 судья Мосгорсуда указал, что «суд не усматривает обстоятельств, свидетельствующих об исключительности настоящего случая», и согласился с позицией защиты о том, что расследование дела организовано неэффективно. Суд отметил, что, после того как Алексеев был арестован, назначенные 29.01.2016 и 18.02.2016 лингвистические экспертизы, а также фоноскопическая экспертиза, о которой упоминал следователь, так и не проведены. Срок содержания Алексеева под стражей продлевался пять раз, и каждый раз следователь в своих ходатайствах указывал одни и те же обстоятельства. Наконец, большую часть свидетелей по делу он уже допросил, все они сотрудники полиции, что, по мнению суда, «в принципе исключает возможность оказания на них какого-либо давления со стороны» Алексеева. В итоге судья согласился с просьбой матери обвиняемого внести за него залог в 500 тыс. руб. и изменил ему меру пресечения.

Прекращение дела

После изменения меры пресечения с содержания под стражей на залог защите понадобилось еще почти два года (!), чтобы добиться прекращения дела. Срок следствия каждый раз продлевал председатель СК РФ.

В конце концов эксперт провел фоноскопическую экспертизу записей, которые следствие приобщило к делу. Эксперт пришел к выводу, что в разговоре между Алексеевым и Бекировым не было никаких упоминаний и намеков о взятке.

Адвокат на личном приеме убедил главу ГСУ СК РФ по г. Москве забрать дело для расследования в столичное управление, но спустя какое-то время оно вернулось обратно. Обычно такое бывает, когда следствию не хочется прекращать дело по реабилитирующему основанию.

В рамках защиты, чтобы показать давнюю связь оперативников и Бекирова, адвокат ходатайствовал об истребовании детализации телефонных звонков между сотрудниками ОСБ и Бекировым с указанием базовых станций соединений в 2015 году, когда был задержан Алексеев. Также защитник потребовал получить детализацию телефонных звонков между оперативниками и понятыми, которые участвовали в ОРМ в отношении Алексеева, в дни накануне и сразу после его задержания. Эти данные должны были показать нестыковки времени, указанного в материалах ОРД, с реальностью. Иными словами, практически все оперативные материалы, как до, так и после задержания Алексеева, сотрудники ОСБ составляли задним числом, что влекло недопустимость основанных на них доказательств.

Также защитник ходатайствовал об истребовании из отдела собственной безопасности секретных оперативных материалов, в рамках которых были проведены оперативно-розыскные мероприятия в отношении Алексеева и Молешникова.

В итоге по ходатайству адвоката в апреле 2017 года следователь получил детализацию телефонных звонков между оперативниками и Бекировым. По этим данным было видно, что Бекиров на протяжении нескольких месяцев до задержания Алексеева, Молешникова и Буланова систематически перезванивался с сотрудниками ОСБ, хотя сами оперативники это отрицали.

Еще одним важным шагом в защите стало собственное расследование адвоката относительно личности предпринимателя Бекирова. Уже на первых порах вступления в дело в рамках защиты адвокат начал собирать сведения о нем. Детективные устремления защитника дали весьма неожиданные результаты. Он послал запросы и получил ответы из мест, где якобы родился и проживал Бекиров в Киргизии. Оказалось, что данных на него там нет. Соответственно, налицо был подлог документов, на основании которых Бекиров получил российский паспорт в Оренбурге.

Впоследствии Бекиров якобы утерял паспорт, но буквально за шесть дней получил новый уже в Москве по месту новой регистрации. Обычно, если утерянный паспорт выдан в другом субъекте РФ, на это уходит порядка двух месяцев. Необычная скорость оформления документов лишний раз подтвердила данные о том, что Бекиров давно сотрудничал с работниками ОСБ и, вероятно, был их агентом.

Своими соображениями по поводу странностей с документами Бекирова адвокат поделился с ФСБ России. С этого момента главный свидетель по делу бесследно исчез. Невозможность его допросить, по сути, предопределила и судьбу уголовного дела в отношении Алексеева и Молешникова.

Весной 2018 года прокуратура вернула уголовное дело в следствие, и следователи не смогли отменить это решение в вышестоящем надзорном органе. В своем постановлении прокурор повторил доводы, которые ранее в апелляционном определении и частном определении привел Мосгорсуд. Прокурор указал, что следствие не допросило Бекирова об обстоятельствах его участия за короткий промежуток времени в нескольких аналогичных ОРМ.

В итоге 01.04.2018 руководитель Нагатинского межрайонного следственного отдела, уже новый, пришедший на смену бывшему руководителю, утвердил постановление о прекращении уголовного дела в отношении Алексеева и Молешникова. В качестве основания для такого решения следствие указало только невозможность установить местонахождение свидетеля Бекирова и, соответственно, невозможность устранить недостатки, послужившие причиной возврата дела, без участия этого свидетеля в следственных действиях.

Примечательно, что бывший руководитель Нагатинского межрайонного следственного отдела, которому Мосгорсуд указал на вопиющие нарушения в расследовании нескольких уголовных дел, по данным сайта Следственного комитета РФ (sledcom.ru) на 21.11.2018, теперь возглавляет один из районных следственных отделов в Центральном административном округе Москвы.


1 Фамилии и имена участников дела, за исключением Ф. И. О. защитника, изменены.

«Очень помогло достигнуть успеха взаимопонимание с адвокатами по параллельным делам»

— При ознакомлении с материалам дела, когда вы в него только вступили, по каким из них сведениям вы предположили, что была провокация взятки?

— Факт якобы передачи денежных средств сотрудники отдела собственной безопасности не зафиксировали. Взяткодатель передал моему подзащитному портмоне, в котором находились водительское удостоверение и паспорт Бекирова. Эти документы передавались молча. Как только Бекиров передал документы моему подзащитному, сразу же прибежали сотрудники ОСБ, которые и обвинили сотрудника полиции в получении взятки. Кроме передачи указанных документов, ничего из того, что могло бы квалифицировать действия моего подзащитного как получение взятки, в деле не было. Получается, что таким образом можно любого сотрудника полиции подвести под получение взятки, достаточно молчаливой передачи документов. Мне стало сразу же очевидно, что взяткодатель действовал в плотном согласовании с сотрудниками ОСБ.

Кроме того, как только я первично ознакомился с материалами уголовного дела, то узнал, что в короткий период времени произошло несколько задержаний сотрудников полиции за получение взятки. Во всех случаях взяткодателем был Бекиров.

— Вы смогли показать, что якобы потерпевший предприниматель часто фигурировал как взяткодатель по тем делам, которые якобы раскрывали те же оперативники. Как вам удалось получить сведения и документы, подтверждающие это?

— Тот факт, что Бекиров был доверенным человеком, проще говоря агентом, одного из сотрудников ОСБ, удалось подтвердить даже в суде. По моему ходатайству следователь допросил в качестве свидетеля бывшего сотрудника ОСБ, и он подтвердил данные обстоятельства.

Но я по собственной инициативе решил разобраться с самой личностью взяткодателя. Этот якобы уроженец Киргизии в 2009 году получил гражданство РФ и паспорт в ОУФМС РФ по Оренбургской области. В августе 2013 года он получил в ОУФМС России по г. Москве по району Метрогородок новый паспорт взамен утраченного за шесть дней. Такая скорость, по моему глубокому убеждению, говорит о том, что сотрудники ФМС не проводили должным образом проверку документов Бекирова. Например, в «Форме № 1» он указал, что является уроженцем Киргизии. Однако из справки, которую выдала служба Киргизии, следовало, что он прописанным и выписанным не значится! Из чего можно сделать вывод, что гражданин Бекиров предоставил в ОФМС заведомо подложные документы. Более того, в пользу этой версии говорят и данные, имеющиеся в электронной базе ФМС, из которых следует, что Бекиров границу РФ до получения гражданства РФ официально не пересекал. Более того, я убежден, что и киргизский паспорт на имя Бекирова фактически не является паспортом его предъявителя.

Отмечу также, что очень помогло защите достигнуть успеха по делу Алексеева полное взаимопонимание с другими адвокатами по аналогичным параллельным делам. Как только я узнал от подзащитного о схожих делах, в которых участвовал Бекиров, я связался с адвокатами арестованных полицейских и получил от них интересующие меня процессуальные документы. Из этих документов было видно, что взяткодатель Бекиров — самый обычный провокатор. Поэтому наше дело (Алексеева) и его благополучное разрешение помогло и остальным сотрудникам полиции, которые ранее были арестованы по провокациям Бекирова. В настоящее время и в отношении этих сотрудников следствие тоже прекратило уголовные дела.

— Вы предприняли какие-либо шаги, чтобы в отношении оперативников отдела собственной безопасности было возбуждено дело по фактам провокаций?

— Разумеется, я добивался привлечения к уголовной ответственности сотрудников ОСБ по признакам составов преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 286, ч. 5 ст. 33, ст. 304 УК. Также требовал возбудить уголовное дело и в отношении взяткодателя по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 304 УК. По фактам их деятельности я обращался в ФСБ РФ, СК РФ и Генеральную прокуратуру РФ, но на сегодня добиться привлечения к уголовной ответственности всех этих лиц пока не удалось.

Впрочем, именно после моих обращений Бекиров неожиданно пропал, и не исключаю, что пропасть ему помогли сотрудники ОСБ. Ведь ему очень выгодно исчезнуть, иначе сотрудники ОСБ и он сам могут оказаться на скамье подсудимых.

Сейчас мой подзащитный через суд восстанавливается на работу в полицию, а также требует материальную компенсацию за необоснованное привлечение к уголовной ответственности, ведь он год провел в СИЗО и еще шесть месяцев под залогом.

Евгений Викторович Харламов, адвокат коллегии адвокатов «Московский юридический центр», защитник по делу

 
Скачать документ по этому делу:
Частное определение