Избранные документы
|
|
Уголовный процесс
|
№ 12, декабрь 2011
|
К содержанию
От редактораВ курсе
Главная тема
Расследование
КвалификацияМнениеДело номера |
Расследование
Истребование информации о пользователе телефона по IMEI-коду в ходе ОРД
В этой статье:
- Какие сведения могут быть получены по IMEI телефонного аппарата в рамках ОРД
- Всегда ли нужна санкция суда для истребования у операторов связи данных по IMEI-коду
Для обывателя аббревиатура IMEI – всего лишь набор цифр на коробке либо под аккумулятором на корпусе сотового телефона, для сотрудника оперативного подразделения, следователя (дознавателя) – возможность вернуть его законному владельцу.
Аббревиатура IMEI расшифровывается как International Mobile Equipment Identifier, что в переводе означает «международный идентификатор мобильного оборудования». Иными словами, IMEI – это уникальный серийный номер каждого телефона формата GSM, который автоматически передается аппаратом в сеть оператора при подключении (ссылка на информацию из Интернета). Зная IMEI, можно через оператора связи узнать, на кого оформлена SIM-карта и кто пользуется либо пользовался уже похищенным телефоном.
Основной вопрос: нужна ли санкция суда?
Казалось бы, все очень просто, однако на практике при истребовании сотрудниками, осуществляющими ОРД, указанных сведений у операторов сотовой связи возникает ряд проблем.
Основной вопрос – требуется ли получать судебное решение на истребование по данным IMEI информации о новом пользователе похищенного сотового телефона?
На протяжении последних лет оперативные службы правоохранительных органов получали информацию об установочных данных абонента (по номеру телефона), принадлежности абонентского номера (по IMEI телефонного аппарата) на основании мотивированных запросов.
Однако в последнее время некоторые операторы стали отказывать в представлении таких данных в отсутствие судебного решения. При этом в обоснование отказа они чаще всего ссылаются на Определение КС РФ от 02.10.2003 № 345-О. В нем отмечается следующее.
«Право каждого на тайну телефонных переговоров по своему конституционно-правовому смыслу предполагает комплекс действий по защите информации, получаемой по каналам телефонной связи, независимо от времени поступления, степени полноты и содержания сведений, фиксируемых на отдельных этапах ее осуществления. В силу этого информацией, составляющей охраняемую Конституцией РФ и действующими на территории РФ законами тайну телефонных переговоров, считаются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов конкретных пользователей связи; для доступа к указанным сведениям органам, осуществляющим ОРД, необходимо получение судебного решения. Иное означало бы несоблюдение требования ч. 2 ст. 23 Конституции РФ о возможности ограничения права на тайну телефонных переговоров только на основании судебного решения».
Кроме того, в официальных ответах на запросы операторы указывают на отсутствие базы пользователей по IMEI, так как он является идентификатором мобильного оборудования (телефона), а не абонента. Информация об IMEI регистрируется аппаратурой связи в детализации соединений при совершении звонков и содержится только в протоколах соединений.
Таким образом, по мнению операторов, поскольку им приходится обращаться к протоколам соединений или так называемой «тарификации», требуется получить судебное решение. Тем более что это прямо предусмотрено законом. Согласно ст. 186.1. «Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами» УПК РФ (введена Федеральным законом от 01.07.2010 № 143-ФЗ) при наличии достаточных оснований полагать, что информация о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами имеет значение для уголовного дела, получение следователем указанной информации допускается на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном ст. 165 кодекса.
Доводы в пользу достаточности мотивированного запроса
Согласно ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ (в ред. от 23.12.2010) «О персональных данных» персональными данными считается любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных), в том числе его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая информация.
Если исходить из положений ч. 1 ст. 8 того же закона, в целях информационного обеспечения могут создаваться общедоступные источники персональных данных (в том числе справочники, адресные книги). В такие общедоступные источники персональных данных с письменного согласия субъекта персональных данных можно включать его фамилию, имя, отчество, год и место рождения, адрес, абонентский номер, сведения о профессии и иные персональные данные, представленные субъектом.
Таким образом, можно констатировать, что информация о владельцах SIM-карт, которой обладают операторы связи, не является общедоступной, пока конкретный гражданин не дал своего согласия на общедоступное ее использование.
В то же время п. 1 ч. 2 ст. 6 этого закона согласия субъекта персональных данных не требует, когда обработку этих данных осуществляют на основании федерального закона, устанавливающего цель, условия получения персональных данных и круг субъектов, персональные данные которых подлежат обработке, а также определяющего полномочия оператора.
Можно обоснованно предположить, что Закон об ОРД такое право предоставляет. Тем более, что ст. 10 этого закона допускает обработку даже специальных категорий персональных данных, касающихся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов, религиозных или философских убеждений, состояния здоровья, интимной жизни, если такая обработка осуществляется в соответствии с законодательством РФ.
Основываясь на изложенном, заключим: чтобы запросить у операторов связи информацию о новом пользователе похищенного телефона с помощью IMEI, судебного решения не требуется, поскольку в Законе об ОРД соответствующего указания не имеется.
Контраргументы
Однако не следует забывать про вторую позицию. На наш взгляд, судебное решение на истребование указанной выше информации все-таки требуется, но вовсе не потому, что операторы связи вынуждены обращаться к протоколам соединений.
В соответствии со ст. 64 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ (в ред. от 23.02.2011) «О связи» операторы связи обязаны представлять уполномоченным госорганам, осуществляющим ОРД или обеспечивающим безопасность РФ, информацию о пользователях услуг связи и об оказанных им услугах связи, а также иную информацию, необходимую для выполнения возложенных на эти органы задач, в случаях, установленных федеральными законами.
КС РФ отразил свою позицию в Определении от 02.10.2003 № 345-О: информацией, составляющей охраняемую Конституцией РФ и действующими на территории РФ законами тайну телефонных переговоров, считаются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения; для доступа к указанным сведениям органам, осуществляющим ОРД, необходимо судебное решение.
Таким образом, можно обоснованно говорить, что получение сведений с помощью имеющегося IMEI о новом пользователе похищенного сотового телефона есть не что иное, как получение сведений, устанавливаемых с помощью телефонной аппаратуры.
Более того, если руководствоваться требованиями Закона об ОРД, к которым нас отсылает Федеральный закон «О персональных данных» во взаимосвязи с указанным Определением КС РФ, можно однозначно заключить: судебное решение на проведение такого ОРМ, как прослушивание телефонных переговоров, обязательно.
| Из практики. ГУ МВД России по Новосибирской области обратилось в суд с иском к ОАО «МобильныеТелеСистемы» о признании незаконным отказа в приеме запросов на представление сведений о пользователях телефонными аппаратами по IMEI похищенных сотовых телефонов без судебного решения. Свои требования истец мотивировал тем, что IMEI определяется оборудованием оператора сотовой связи при каждой регистрации (включении) телефонного аппарата, а также при каждом соединении. Направленные ответчику запросы содержали только два вопроса: активировался ли телефонный аппарат в сети данного оператора сотовой связи после определенной даты и с какой SIM-картой он использовался (анкетные данные пользователя). В силу ст. 63 Закона о связи данная информация не относится к тайне телефонных переговоров, поскольку сведения о соединениях (вызовах, совершенных с телефона), в запросах не указываются, соответственно, судебного решения для их получения не требуется. |
По решению Центрального районного суда г. Новосибирска от 05.10.2010 отказ ответчика в представлении упомянутых сведений был признан незаконным; суд обязал ОАО представлять такие данные без судебного решения.
Вывод
На наш взгляд, правоохранительные органы вправе получать по мотивированным запросам только так называемые «обезличенные» сведения, которые подтверждают сам факт использования похищенного сотового телефона абонентом той или иной сотовой компании. При получении положительного ответа следует рассматривать вопрос о получении судебного решения на истребование персональных данных конкретного лица.
Не все сведения об абоненте, определенные по IMEI, составляют тайну телефонных переговоров
Не все сведения об абоненте, определенные по IMEI, составляют тайну телефонных переговоров
На протяжении определенного времени существовало мнение, что любая информация о соединениях между абонентами (или абонентскими устройствами) может быть получена у оператора связи без судебного решения. С подобным утверждением сложно было согласиться. Информация о том, куда и когда звонил гражданин и сколько времени он говорил, может иметь такое же значение, как и содержание телефонных переговоров. В 2003 г. Определением Конституционного Суда РФ № 345-О было признано, что в детализации вызовов содержится тайна телефонных переговоров, охраняемая законом. С этого момента нормативно была закреплена необходимость получения правоохранительными органами разрешения суда для получения у операторов связи графика соединения абонентов.
Практика свидетельствует, что наибольший интерес при раскрытии и расследовании преступлений представляют сведения об абоненте, определенные по IMEI (серийному номеру) разыскиваемого сотового телефона и наоборот; установочные данные абонента (фамилия, имя, отчество, паспортные данные, адрес места жительства), определенные по его абонентскому номеру, либо абонентский номер по фамилии; данные об абоненте и его переговорах либо соединениях (детализация – протокол соединений абонента); данные о месте совершения телефонных переговоров между абонентами (место расположения приемопередающих базовых станций: детализация с указанием сот). Уточним, что для получения некоторых из перечисленных данных судебного решения не требуется, поскольку не все они относятся к информации, составляющей тайну телефонных переговоров.
Так, если запрос касается лишь персональных данных абонента, собранных оператором при оказании услуг связи (например, абонентские номера, IMEI (серийный номер) сотового телефона и другие сведения, позволяющие идентифицировать абонента или его оконечное оборудование, информация баз данных систем расчета за оказанные услуги связи, в том числе и платежах абонента), то такие данные могут быть представлены без судебного решения.
Однако для получения у операторов связи сведений о дате, времени, продолжительности соединений между абонентами и (или) абонентскими устройствами (пользовательским оборудованием) необходимо судебное решение.
С принятием Федерального закона от 01.07.2010 № 143-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», регламентирующего процедуру получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, были сняты многие спорные вопросы, возникающие у следователей. Законодатель своевременно учел потребность практики, следственные и судебные органы получили дополнительный инструмент расследования – новое следственное действие. Вместе с тем содержание статьи 186.1 УПК РФ не лишено некоторых «шероховатостей».
К примеру, законодатель без достаточных оснований отнес документы, содержащие информацию о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами к числу вещественных доказательств. Полагаем, что носитель, содержащий информацию о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, должен приобщаться к делу в качестве «иных документов», а не вещественных доказательств (ст. 84 УПК РФ), ведь сведения, зафиксированные в «иных» документах-доказательствах и документах – вещественных доказательствах по своему статусу различны:
- в «иных» документах-доказательствах первичным является содержание, а форма имеет второстепенное значение. Документ – вещественное доказательство важен для дела не только своим внешним видом, местом и временем его обнаружения, но и процессуальной формой извлечения из него сведений путем осмотра, закрепления в протоколе данного следственного действия и приобщения к материалам уголовного дела в порядке ч. 2 ст. 81 УПК РФ;
- роль документа, допускаемого в качестве доказательства, заключается в получении сведений, состоящих из описания события преступления и фактов его совершения с помощью письма или иных условных знаков, кодов и т. п. Документ – вещественное доказательство закрепляет не описание следов преступления, а сами сохранившиеся следы преступления, он несет на себе следы воздействия преступников;
- документ становится вещественным доказательством в силу своей незаменимости, если зафиксированный на нем материальный след уникален, существует в единственном числе. В противоположность этому документы-доказательства могут быть составлены повторно, т. е. они заменимы, однако заменить документ подобным ему можно при наличии двух условий неизменности:
а) обстановки, в которой получен данный документ;
б) автора, его составившего.
Таким образом, документы могут быть заменены лишь при условии неизменности объекта, отражением которого они являются.
